Словарь 翻译
Погода
  • 21 °C Гонконг
  • 25 °C Гуанчжоу
  • 25 °C Шэньчжэнь
  • 10 °C Макао
  • 23 °C Санья
  • 29 °C Сингапур
  • 8 °C Пекин
  • 16 °C Шанхай
  • 16 °C Сиань
  • 12 °C Чунцин
  • -2 °C Москва
  • 3 °C Санкт-Петербург
  • -1 °C Екатеринбург
22 февраля 2020, суббота, 15:27 (Гонконг)

Портрет Политбюро-2015 – конец эпохи Дэн Сяопина

За последнее время «Южный Китай»  опубликовал биографии семи китайских лидеров высшего звена – членов Постоянного комитета Политбюро Компартии Китая, которые демонстрируют всю глубину противоречий, сложившихся в китайской политике и высокую степень коллективного управления страной.

Семь постоянных членов Политбюро

Си Цзиньпин – генеральный секретарь КПК, председатель КНР. Вошел в состав ПК Политбюро из кресла мэра Шанхая. В своей политической карьере многим обязан Цзян Цзэминю. Однако за его плечами стоит своя собственная армейская группа провинции Шэньси. С первых месяцев своего руководства он переподчинил себе военную власть и инициировал ряд собственных проектов, которые имеют прямое отношение к провинции Шэньси, Гуандун и Фуцзянь.  Си имеет тесные союзные связи с другими членами Политбюро – Ван Цишанем и Чжан Гаоли. Все это делает его вполне независимой от Цзян Цзэминя и тем более Ху Цзиньтао – фигурой.  Си Цзиньпин – представитель «принцев» в партии – потомственной «красной аристократии».

Ли Кэцян – второй человек страны – премьер правительства Китая – Госсовета КНР. Земляк Ху Цзиньтао, его личная креатура, и представитель группы «комсомольцев». За Ли стоит вся мощь исполнительной власти и народного хозяйства. Ли представитель провинции Аньхой.

Чжан Дэцзян – глава китайского парламента, ВСНП. Независимая фигура, представитель военных Северо-Востока – в частности провинции Ляонин. Выдвинулся в ходе противостояния Си Цзиньпина с группой Чжоу Юнкана – Бо Силая – оба связаны с Сычуаньским регионом, конкурентом провинции Шаньси в проекте Нового Шелкового пути. Также представитель «принцев».

Юй Чжэншэн – глава центрального совещательного органа Китая – НПКСК. «Шанхаец» - человек Цзян Цзэминя, представитель военной элиты Шанхайского военного округа. Представитель «принцев».

Лю Юньшань – глава Секретариата ЦК КПК – администрации Компартии. Выходец из провинции Шаньси. «Комсомолец» и человек бывшего генсека Ху Цзиньтао. Представитель силовиков из спецслужб при генсеке Ху Цзиньтао.

Ван Цишань – глава Центральной комиссии по проверке дисциплины КПК – «внутренней полиции партии». Организатор масштабной антикоррупционной кампании в партии, в результате которой лишились своих постов, как представители «шанхайцев», так и многочисленные «комсомольцы». Тесный союзник Си Цзиньпина и Чжан Дэцзяна. Примыкает к "принцам".

Чжан Гаоли – вице-премьер правительства КНР, заместитель Ли Кэцяна. Происходит из Цюаньчжоу – соседнего с городом Сямэнь, где глава Китая Си Цзиньпин длительное время работал мэром. Судя по всему имеет с ним тесные связи. Представитель своей небольшой группы южно-китайской провинции Фуцзянь. Положение Чжана не совсем ясно. В свое время он успел поработать по комсомольской линии, а также имеет тесные связи в нефтяных корпорациях.

Си Цзиньпин инициировал создание двух особых органов, которые стоят особняком от Политбюро - Комитета по углублению реформ и Комитета государственной безопасности – в которые члены политбюро вошли не полным составом. Эти инициативы могут свидетельствовать о деградации института Политбюро в принципе.

Борьба группировок и конец эпохи Дэн Сяопина

Борьба группировок стала настолько явной, что о ее недопустимости открыто заявил Си Цзиньпин – генеральный секретарь партии и глава Китая. При этом трудно предугадать, какая из группировок займет доминирующее положение, так как между ними создался трудно изменяемый баланс сил. Это обстоятельство становится критическим в сложный период спада экономического роста и необходимости структурных реформ китайской экономики. Страну, раздираемую политическими противоречиями, трудно привести к единому знаменателю без очевидной победы той или иной группы.

Уже достаточно скоро - осенью 2017-ого года в Китае пройдет 19-ый съезд КПК, на котором должны будут уйти по возрасту пять из семи членов ПК Политбюро. Их место должны будут занять новые лица. Ожидаемая смена и гарантированная стабильность развития может оказаться иллюзией – ведь с уходом от власти Ху Цзиньтао в китайской политике практически закончилась эра Дэн Сяопина. Ху Цзиньтао, как утверждается, был последним ставленником Дэн Сяопина – обязательным преемником «шанхайца» Цзян Цзэминя. На новые лица авторитет Дэна не распространяется. Именно этим вызваны тотальные изменения в китайской элите – сотни руководителей лишаются своих постов, тысячи парализованы своим неясным будущим.

При всей силе и авторитетности Цзян Цзэминя – его назначение являлось результатом компромисса ряда политических группировок в партии.  Его авторитет изначально был не сравним с авторитетом Дэн Сяопина. «Дедушка китайских реформ» соперничал с самим основателем Нового Китая – Мао Цзэдуном. Дэн Сяопин – прошедший партизанскую войну и ссылки, гонения Мао Цзэдуна, положивший на алтарь лидерства жизнь собственного сына – был настоящим авторитетом в партии, влиявшим не только на партийные и государственные институты, но и на армию.

Отсутствие такого лидера, имеющего за спиной эффективную идеологию, даже при самых активных усилия масс-медиа, направленных на создание имиджа нынешних руководителей, дают основания полагать, что в ближайшем будущем децентрализация и баланс влияния группировок только зафиксируются и приобретут более очевидные очертания.  В реальности это может выразится в ускорении демократического процесса – именно открытая политическая борьба и прямые выборы могут хотя бы внешне наделить авторитетностью новых лидеров страны.

Если этого не произойдет – не исключены и радикальные перемены, связанные с фактической опорой новых лидеров на армию и спецслужбы. Если таковые перемены произойдут, то реальной эффективной и доступной для населения идеологией в Китае станет национализм. В условиях относительной обеспеченности общества – социализм утрачивает структурирующую силу: идеи равенства не только не объединяют бедных против богатых, становятся неинтересными большинству населения.

Идеи распада Китая на независимые государства также не имеют под собой каких-либо оснований. В отличие от СССР – где доминирующую роль в развале страны сыграла преобладающая российская группа, в Китае такой группы нет – все группы имеют относительно равные силы. Максимум, что ожидает Китай – это федерализация, то есть реальная передача полномочий и бюджета региональным группам, при формальном соблюдении принципов унитаризма.

Николай Владимиров

«Южный Китай», 06.04.2015

Нашли опечатку - выделите и нажмите ctrl+Enter

Поделиться
comments powered by HyperComments

   

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.